Родилась я 19 сентября 1926 г. в Архангельске. В раннем детстве я осталась без отца. Он был фотографом, но погиб еще до войны. Жили вдвоем с мамой. Детство мое было очень счастливым. Вблизи нашего дома находился сад ТЮЗ, все дни проводили там, бесплатные качели и карусели, катания на паровозике. В школе с классом ходили в Театр юного зрителя. Но внезапно, как и миллионам детей Советского Союза, мне пришлось быстро повзрослеть, потому, что началась война.
В начале войны мне было 14 лет. Однажды я пришла домой, а мамы нет. Исчезла. Ее не было день, два, неделю. Я не могла понять, куда она подевалась, и никто не мог ответить мне на этот вопрос. Мне было страшно. Где-то через полторы недели я получила письмо. Я тут же заприметила родной подчерк! Письмо действительно было от мамы! Как оказалось, маму отправили на оборонные работы вместе с другими женщинами. В Мурманск, на пароходе, рыть окопы. Это случилось так внезапно, что она сначала даже не знала куда едет, поэтому и не могла сразу отправить письмо и, как только у нее получится, она обязательно вернется.
В сентябре я пошла в 7 класс без карточек и без мамы. Тогда в магазине для получения продуктов требовали продуктовые карточки, а их у меня не было. Есть хотелось постоянно. В школе на завтрак давали булочку, других продуктов получить не могла, еды не было, голодала.
В школу походила всего один месяц, потом стала просить знакомых о работе, чтобы устроили. Мне помогли, и меня приняли на работу на Кожевенный завод.
Рабочая смена была продолжительностью 12 часов, на машине нарезала кожаные ремни. Выдавали рабочую карточку на 800 граммов хлеба.
Однажды, во время ночной смены, я упала в обморок. Меня привели в сознание, но после этого работать больше 8 часов не давали, а уже к следующей осени мама вернулась с оборонных работ, и я пошла учиться в школу.
Потом работала на военном аэродроме в Рогачево. Немного печатала на машинке, выполняла и другую работу. Спали в палатках. Ездила на нартах, запряжённых собаками, в пекарню за хлебом.
Однажды, во время одного такого путешествия на нартах, когда была сильная метель, собаки вернулись на аэродром без меня. Говорят, во время пути я свалилась с нарт и меня занесло снегом, но как это произошло – не помню. Меня нашли без сознания и обмороженную, раздели догола, растёрли, согрели. Обморожения лечила в госпитале.
После 2 лет службы в аэропорту демобилизовали, так как моя мама, после операции по поводу рака языка, нуждалась в уходе.
Вскоре пришла повестка на лесозаготовки. Думали – на 3 месяца, а работала целый год.
Оказалось, что все эти испытания, выживание в голод, спасение от обморожения – всё было для того, чтобы сохранить мою жизнь для главного. В 1944 г. я стала донором. У меня кровь первой группы, резус-фактор отрицательный – редчайшая.
Решила сдавать на прямое переливание. Бывало, ночью стук в дверь: «Татьяна Ниловна, срочно в больницу!». Никогда не отказывалась. Знала – на столе жизнь человека висит на волоске. В шестьдесят втором году за многократную дачу крови была награждена нагрудным знаком «Почётный донор СССР». Горжусь им. Есть и военные награды – «За защиту Заполярья», «За победу над фашистской Германией». Это не знаки отличая – это моя жизнь, отмерянная судьбой, выстраданная, чтобы я могла спасать чужие жизни своей редкой кровью.
